Первый рубеж. Именно с Карачева началось освобождение всей Брянщины

Почти два года Карачев находился под оккупацией. А 15 августа 1943‑го он вновь стал своим – город вернули вой­ска Брянского фронта. Эта дата – не просто страница военной истории, а день, с которого началось освобождение всей Брянской области, длившееся полтора месяца.

Победное движение

Попытки советских вой­ск освободить территорию Брянской области предпринимались и ранее. В марте 1943‑го кавалерийским наскоком был освобождён Севск. Тогда в ожесточённых боях погибло более 15 тысяч красноармейцев, но через несколько дней фашисты вновь почти на полгода овладели этим древним городом. Окончательно Севск был освобождён только в конце августа – через две недели после Карачева. Поэтому именно с Карачева началось освобождение Брянщины.

3500 советских солдат и офицеров погибли при освобождении Карачева и района.

«15 августа 1943 года – особая дата в истории Карачева. В этот день город был освобождён от нацистской оккупации, – отметил в своём обращении к жителям Брянской области врио губернатора региона Егор Ковальчук. – Город был освобождён, но он существовал только в названии и на военных топографических картах. Как отмечали в своих очерках вошедшие в город вместе с вой­сками известные писатели Константин Симонов и Илья Эренбург, они увидели груды развалин, по которым трудно было определить даже направление улиц. Казалось, что нет ни одного метра земли, не перепаханного взрывами бомб, снарядов и мин».

Карачевцы свято чтят подвиг своих освободителей – вой­ска Брянского фронта. В центре города сооружён памятник танкистам, погибшим в боях за Карачев. Их имена отлиты на чугунных плитах памятника.

Освободительная операция Карачева стала началом масштабного наступления, в результате которого за полтора месяца была освобождена вся Брянщина, подчеркнул значение знаменательной даты Егор Ковальчук.

«А вот в сводках Совинформбюро от 15 августа 1943 года освобождению Карачева посвящены скупые строки, – рассказала ведущий научный сотрудник Брянского государственного краеведческого музея Татьяна Крайкина. – Но за этой лаконичностью военного времени скрываются три дня ожесточённых боёв на господствующих высотах, подвиг танкистов и снайперов, а также чудовищные свидетельства зверств оккупантов, длившихся более двух лет. Обращаясь к фондам нашего музея и документальным хроникам, мы можем восстановить подлинную картину того, как этот русский город, превращённый врагом в неприступную крепость, стал отправной точкой для освобождения всей территории современной Брянской области».

Битва за высоту

После освобождения Орла 5 августа 1943 года советским вой­скам открылась дорога на запад. Уже 12 августа соединения Брянского фронта под командованием генерал-­полковника Маркиана Попова вышли на подступы к Карачеву.

Гитлеровцы создали здесь мощнейший узел обороны. Ключевой позицией стала расположенная восточнее Карачева «высота 246,1» – доминанта, с которой простреливалась вся местность. Противник стянул туда артиллерию трёх пехотных и одной танковой дивизий.

Сопротивление было ожесточённым: за высотой лежал Карачев, и враг понимал, что потеря города откроет советским вой­скам путь к Брянску.

Командир 84‑й гвардейской стрелковой дивизии, получивший за эти бои звание генерал-­майора, Георгий Петерс в своих мемуарах описывал начало штурма: наши танки пошли в атаку, но бронированные машины одна за другой вспыхивали. Пехота вынуждена была залечь. Вечером разведка доставила тело убитого немецкого солдата с незнакомым оружием. Им оказался фаустпатрон – новейшее противотанковое средство, которое при обороне Карачева противник впервые применил массированно.

Однако остановить советские вой­ска уже ничего не могло – бойцы стремились быстрее освободить нашу землю от захватчиков. В этих боях рождались герои, чьи имена мы обязаны помнить. В фондах музея сохранилась вырезка из армейской газеты «На разгром врага» со статьёй гвардии сержанта С. Парсегова. Он писал: «Сегодня я прочитал приказ вождя о присвоении нашей 16‑й Гвардейской дивизии наименования Карачевской. Приятно сознавать, что я и моё отделение тоже вложили свою долю усилий».

Пять автоматчиков – гвардии сержант Карпов, красноармейцы Ершов, Пастухов, Лысак, Аржанников – скрытно подобрались к деревне Бочарки, уничтожили 15 немцев и ворвались на окраину, выбив противника с занимаемого рубежа.

Накал эмоций передаёт письмо гвардии старшего сержанта В. Коробова о гибели старшины Люкшина: «На могиле героя все поклялись отомстить. Через несколько часов взвод снова пошёл в бой. “Это вам за старшину!” – крикнул автоматчик Дементьев, и его очередь свалила трёх немцев».

Приказ Верховного Главнокомандующего от 15 августа 1943 года № 3 зафиксировал: «16‑я и 84‑я гвардейские, 238‑я и 369‑я стрелковые дивизии освободили город Карачев». За свой подвиг эти соединения получили почётное наименование «Карачевских».

Однако победа была оплачена высокой ценой. Краеведческий музей хранит данные о том, что в ходе штурма под Карачевом погибло около 3500 солдат и офицеров. В бою за деревню Одрино 14 августа 1943 года был смертельно ранен снайпер 1287‑го стрелкового полка младший лейтенант Александр Лебедев. Приняв командование ротой на себя, он лично из снайперской винтовки снял двух пулемётчиков и поднял бойцов в атаку. За этот подвиг он был удостоен звания Героя Советского Союза посмертно. 15 августа у села Бережок на мине подорвался командир 323‑й стрелковой дивизии полковник Ахтям Мусаллямович Бахтизин, который не дожил до освобождения города считаные часы.

Листая наградные представления и военные документы, мы видим, что на карачевской земле сражались представители многих народов нашей Родины – русские, белорусы, украинцы, татары, армяне, грузины, азербайджанцы, евреи и другие. Благодаря этому единству Советским Союзом и была достигнута победа над врагом.

Город из руин

Карачев был освобождён, но перед освободителями предстал лунный пейзаж. При отступлении гитлеровцы применили тактику выжженной земли. От красивого и благоустроенного города осталось только четыре полуразрушенных и разграбленных церкви, хотя до вой­ны их было 12. Всего в городе сохранилось около пяти десятков полуразрушенных зданий и жилых домов из почти двух тысяч.

В Акте о злодеяниях, подписанном местными жителями и хранящемся в архивах, зафиксированы страшные строки. За 22 месяца оккупации, с 5 октября 1941 года, фашисты расстреляли и повесили более тысячи человек. Была расстреляна почти вся городская интеллигенция – более 100 человек во главе с профессором Левиным.

Во время оккупации люди получали по 100–150 граммов хлеба в сутки, медицина отсутствовала, свирепствовали болезни, молодёжь массово угоняли в Германию. Таким был фашистский «новый порядок», который почти два года царил на карачевской земле.

Благодаря фотографиям Аркадия Шайхета мы и сегодня можем видеть не только разрушенный Карачев в августе 1943 года, но и первые мгновения его освобождения. На одном из снимков запечатлён счастливый красноармеец Александр Широбоков, встретивший в освобождённом городе своих сестёр. К слову, Аркадий Шайхет – мастер документальной фотографии, который находился в рядах наступающей Красной Армии. Ещё до Великой Отечественной вой­ны, в 1925 году, он прославился своей фотографией «Лампочка Ильича», ставшей символом электрификации советской деревни.

В архивах и музеях также хранятся тысячи документов, свидетельствующих о трагедии оккупации и величии подвига освободителей. Среди них – наградные листы с именами Константина Багута, Фёдора Снурникова, Ивана Некрылова, Павла Павлоградского, Николая Ступко, Ивана Василенко и многих других. За каждым документом – судьба и подвиг.

15 августа 1943 года стало не просто днём взятия Карачева. Это был первый шаг к полному изгнанию фашистов со всей Брянской земли. Именно с этого рубежа началось победное движение наших вой­ск к Брянску, который освободили месяц спустя – 17 сентября 1943 года.