aif.ru counter
14

Прерванный аккорд, или Как я принимал "первую рояль мира"

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 10. C праздником! 07/03/2007

За свою долгую жизнь писатель Валентин Динабургский встречался со многими известными людьми, составившими гордость России. Мы обратились к Валентину Давыдовичу с просьбой поделиться своими впечатлениями, которые сегодня, 8 Марта он посвящает вам, любимые женщины.

Редакция "АиФ - Брянск"

У гениев - глас предчувствия несомненно развит острее, чем у простых смертных.

Гением Святослава Теофиловича еще не величали: великий, несравненный, все эпитеты превосходных степеней ему были присущи. Гением его признают потом. В молодости он собирался стать композитором, но вскоре понял, что превосходный исполнитель - значимее заурядного композитора. Поняв это, сосредоточил весь свой талант на прочтении Бетховена, Шуберта, Шопена... Его репертуар состоял из стольких шедевров, что одно перечисление их заняло бы всю газетную страницу. Наверное, трудно назвать страну, большой город, где бы Рихтер не ошеломлял знатоков своей виртуозностью и глубиной проникновения в суть исполняемого произведения.

Маэстро, просим в провинцию!

Дважды, по приглашению тогдашнего директора областной филармонии Галины Ивановны Сафроновой, Рихтер удостоил провинциальный Брянск своим посещением. Концерты проходили в зале Дворца пионеров (это там, где ныне находится ТЮЗ), в зале музыкального училища. Не такая уж высокая в Брянске музыкальная культура, чтобы даже на Рихтера ломились стеной. Но скромные залы были полны.

Шел июнь 1968 года, я работал директором городского парка. В моем ведении был и летний театр, где хранился филармонический "Беккер". И вот однажды открылась дверь моего кабинета, и Галина Ивановна, пропуская вперед невысокого коренастого человека, гордо сказала: "Вручаю вам первую рояль мира!" Мы познакомились, пожав друг другу руки. Директор сказала: "Святославу Теофиловичу необходимо заниматься не менее четырех часов в день". (Это помимо концертов!) А поскольку рояль в филармонии был только один, то, кроме как в летнем театре, заниматься ему было негде.

Мы вошли на сцену театра, где стоял инструмент. Рихтер бегло скользнул по клавиатуре и, видимо, остался доволен. Галина Ивановна удалилась организовывать вечерний концерт, а мы с Рихтером остались, и он без промедления начал разминку пальцев, извлекая из рояля море звуков, а я присел за его спиной и стал наблюдать за необыкновенной пляской гибких пальцев, вслушиваясь в аккорды и пассажи знаменитого музыканта.

От лиха никто не застрахован

Вдруг аккорд как бы на середине оборвался, Рихтер, вспомнив, видимо, обо мне, резко повернулся и спросил, который час. Дело шло к обеду. Как бы читая мои мысли, он сказал: "А знаете, чего вам маяться? Заприте меня на ключ и идите по своим делам, а в шестнадцать часов выпустите меня отсюда".

Я с радостью запер "первую рояль мира" на ключ и поспешил на обед. Наспех перекусив, я вдруг почувствовал необъяснимую тревогу. Вдруг осознал меру ответственности, возложенную на меня, если угодно, за жизнь не кого-нибудь, а самого Рихтера!

Да еще память подбросила невеселый сюжет, от которого на голове зашевелились волосы. Дело в том, что таких летних театров в нашей области было построено три: в Брянске, Клинцах и Новозыбкове. Два из них давным-давно сгорели. Я себе отчетливо представил, что от такого лиха никто не застрахован! И, на ходу дожевывая, поспешил обратно. Войдя, вернее будет сказать, влетев в парк, я услышал, как от мощных аккордов резонирует деревянное здание театра. У меня отлегло от сердца. Я сел на скамью и стал слушать. Казалось, звучал весь парк...

За пять минут до условленного времени я вошел в театр и ахнул: зал на пятьсот мест был заполнен до отказа! В основном это были студенты музыкального училища. Кто-то, видимо, своим ключом открыл примитивный замок входной двери, и молодежь, не нарушая тишины, заполнила все места. Увидав меня, Рихтер оборвал на полуноте аккорд, спросил: "Что, уже все?"

Любитель природы с ранимой душой

И тут он глянул через плечо в зал и метнул в мою сторону сноп молний: он думал, это все подстроил я. Но в это время зал взорвался аплодисментами, "зайцы" встали и стоя продолжали аплодировать. Маэстро ничего не оставалось, как слегка поклониться. Новый шквал оваций заставил его, видимо, инстинктивно уже, поклониться залу по-настоящему, глубоко, как он обычно делал на концертах.

Распахнув двери, я ждал, что публика начнет расходиться, но не тут то было. Я вывел Рихтера через сцену, передав заботу о зале подоспевшему администратору. До самого выхода из парка поклонники таланта знаменитого музыканта сопровождали нас, почти не прерывая аплодисментов. Рихтера это тронуло. Он сказал: "Я так увлекся, что ничего не заметил, а увидев вас, решил, что это произошло с вашего ведома". Такой импровизированный, несанкционированный концерт явно взбодрил его. Я намеревался проводить маэстро до гостиницы. До концерта еще оставалось около трех часов. Вдруг он спросил: "А нет ли где-нибудь поблизости какой-нибудь рощицы или лесочка? Я бы перед концертом хотел немного пройтись!"

Я вспомнил про знаменитые брянские Судки, вблизи от одного из них стоял наш дом. Я сказал: "Леска нет, но есть живописные овраги". "Прекрасно", - воскликнул он, и мы пошли по улице Ромашина к Белому колодцу. Там Рихтер пожелал остаться в одиночестве.

Слава - обременительная дама

Примерно через час я увидел, как маэстро возвращается с прогулки. Он шел не спеша, был счастлив, что его здесь никто не знает, не просит автографов, не пристает с вопросами. В руке он держал несколько полевых цветов. Снятый пиджак болтался за спиной, удерживаемый за вешалку одним указательным пальцем. В довершение ко всему, он старательно перед собой пинал ногой пустую консервную банку, как это делают мальчишки. Он был раскрепощен, свободен, неузнаваем. Слава ведь очень обременительная дама.

И вот великого музыканта не стало. Мир всегда знает, кого теряет: Нагибин, Евстигнеев, Окуджава... Кто приходит взамен. Взамен ли? Об этом станет известно очень скоро. Аккорд прервался, как бы повис в пространстве, красочно, обильно, но беззвучно упав на крышку гроба морем цветов. Москва трогательно прощалась со своим фортепианным кумиром. Молчаливая панихида - достойный заключительный аккорд многозвучной жизни пианиста. Святослав Рихтер обречен на долгую память и благодарность современников.

...Я прошелся вчера по вечернему парку, где 29 лет назад в последний раз видел Святослава Рихтера, где некогда стоял деревянный летний театр, сквозь стены которого прорывались под сень деревьев мятежные, мелодичные звуки рояля, клавиатуру которого перебирал вдохновенный музыкант. Летящая в кронах деревьев бронзовая луна как бы напоминала, что знаменитый маэстро играл тогда именно сонату, посвященную ей. А может, мне это показалось...

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых